доктор педагогических наук, профессор кафедры социально-гуманитарных и философских дисциплин Московского государственного института индустрии туризма им. Ю. А. Сенкевича, Москва (РФ).
Doctor of Pedagogical Sciences, Professor, Department of Humanities & Social & Philosophical Disciplines, Moscow State Institute of Tourism Industry named after Y. A. Senkevich, Moscow (RF).
кандидат филологических наук, профессор, декан факультета русского языка и литературы, директор Института иностранных языков и литератур Университета китайской культуры, Тайбэй (Тайвань).
Candidate of Philological Sciences, Professor, Chair of Department of the Russian Language & Literature, Dean of College of Foreign Languages and Literature, Chinese Culture University, Taipei (Taiwan).
В статье представлены основные результаты исследования процессов становления и развития русистики и практики обучения русскому языку в материковом Китае и на Тайване с начала XVIII в. по настоящее время. Основываясь на постулатах социокультурного, системно-исторического, историографического и аскиологического подходов, авторы попытались охарактеризовать развитие теории и практики преподавания и изучения русского языка как иностранного (РКИ) в этих государствах, чтобы составить целостную картину прошлого и настоящего русистики в Китае и на Тайване, оценить роль и значение русского языка как в социокультурном (в первую очередь), так и в социально-политическом и даже в экономическом аспектах, причем не только в историческом ключе, но и на перспективу – с учетом развивающегося сотрудничества между Россией, содной стороны, иКитаем и Тайванем – с другой.
Основными методами исследования стали сравнительно-исторический и историко-логический анализ, методы исторической реконструкции, систематизации, теоретического обобщения и – частично – прогнозирования.
Новизна проведенного исследования состоит в том, что в нем впервые в широких хронологических рамках (1700–2000-е гг.) представлена обобщенная характеристика становления и развития русистики и практики обучения русскому языку в Китае и на Тайване.
Практическая значимость работы связана с возможностью проведения на ее основе новых исследований по проблемам русистики и преподавания русского языка как иностранного, по истории педагогики и образования и сравнительной педагогике (компаративистике).
The paper presents the main study results on the analysis of processes of establishing and development of Russian language studies and Russian language training practices in mainland China and Taiwan since the early XVIII century until now. Basing on the postulates of the social-and-cultural, systemic and historical, historiographical and axiological approaches, the authors attempt to describe the development of the theory and practice of teaching and studying Russian as a foreign language (RFL) with a view to form a complete picture of the past and present of the Russian language in China and Taiwan, to evaluate the role and importance of the Russian language, primarily, in the socialand-cultural, as well as in the social-and-political and even economic aspects, not only from historic perspectives but also in terms of the future development – basing on evolving cooperation between Russia, on the one hand, and China and Taiwan – on the other.
Methods. The main applied research methods are the comparative-historical and historical-and-logical analysis, historical reconstruction methods, systematization, theoretical generalizations and, partly, prediction.
Scientific novelty. The novelty of the study lies in the fact that for the first time in the broader period (1700–2000 s) it offers a generalized description of the establishment and development of Russian studies and practice of teaching the Russian language in China and Taiwan.
Practical significance. The implementation of the research outcomes can be useful due to a possibility of carrying on its basis of new studies on the problems of Russian philology and teaching Russian as a foreign language, the history of pedagogy and education, and comparative pedagogy (comparative linguistics).
The authors declare that there are no conflicts of interest present.